А что там у нас с камнями? Они ведь не только у гроба — они и у нас внутри лежат. Тяжелые, неудобные, а мы к ним как‑то привыкли. Ходим, спотыкаемся, но тащим. «А что поделать, — говорим, — это же мой камень. С ним и умру».
А жены‑мироносицы думали иначе: «Кто отвалит нам камень от двери гроба?» Потому что без этого — ни к гробу, ни к свету, ни к жизни.
Так и с нашим сердцем. Привалено камнем: привычками, оправданиями, «а что такого‑то?», «все так живут». И чтобы увидеть Христа — не на иконе, а в себе, в жизни, в каждом новом дне — надо этот камень сдвинуть. Не аккуратно так, не «по чуть‑чуть», а с размахом, с усилием, с переворотом.
Покаяние – не отчет о проделанных грехах. Это момент, когда вдруг понимаешь: «Господи, я живу мимо. Ты учил любви, а я злюсь. Ты говорил о милосердии, а я сужу».
И когда осознаешь всю тяжесть этого несоответствия — приходят слезы, боль и желание: «Хочу иначе. Хочу к Тебе».
Вот это и есть переворот: когда камень становится ступенью.
Христос жил. Христос умер. Христос воскрес. А мы все еще тащим свой камень. Может, пора отвалить?
… и говорят между собою: кто отвалит нам камень от двери гроба? И, взглянув, видят, что камень отвален; а он был весьма велик (Mk.16:3-4).
https://t.me/phones54
