Это не храм высокой мысли, а скорее веранда для неспешных раздумий. Здесь идеи не маршируют строем — они вальяжно прогуливаются, перебрасываются шутками и порой неожиданно натыкаются на истину.
«Диванный философ» — про то, что мудрость не обязана быть тяжелой, а размышления — утомительными. Иногда достаточно просто сесть поудобнее, посмотреть вокруг и сказать: «А ведь забавно устроено!» — и вот уже рождается мысль, достойная того, чтобы ее записать.
Сибирь встречает парижский шарм! 🖼 С 19 февраля по 12 апреля улица Свердлова, 10 превратится в уголок французской живописи: в Новосибирск заглянут импрессионисты. Три десятка шедевров — от Курбе до Матисса — приедут прямиком из Пушкинского музея. Кто сказал, что за искусством надо ехать в Европу? Теперь оно само приходит к нам — всего за […]
А что там у нас с камнями? Они ведь не только у гроба — они и у нас внутри лежат. Тяжелые, неудобные, а мы к ним как‑то привыкли. Ходим, спотыкаемся, но тащим. «А что поделать, — говорим, — это же мой камень. С ним и умру». А жены‑мироносицы думали иначе: «Кто отвалит нам камень от
Как ни странно, но мой личный эксперимент с китайской медициной завершился только вчера.😭 Вердикт: техника — пять, результат — ноль. Массаж безупречен, логика лечения не вызывает вопросов, а тело… Тело, похоже, не в курсе, что его лечат. Или просто не хочет участвовать в эксперименте. Вывод: вот точно это был первый и последний❗ Алексей Маслов.
‼ Сделал сайт. Не великий, не эпохальный — просто мой. Теперь у мыслей есть адрес. Остается выяснить: кто к ним придет? И главное — зачем? Но это уже следующий вопрос. А пока — поздравляю себя. И вас заодно. Заходите — поглядите, как там у меня: https://couchthinker.ru/
Как у нас проходят похороны? Все суетятся: как положить, куда поставить, что зажечь, что прочитать… А душа‑то усопшего от этого хоть на миллиметр ближе к Царствию Небесному становится? Да ни на йоту. Можно гроб из красного дерева, можно из фанеры. Можно со всеми почестями, можно скромно. Можно панихиду, можно без — суть не в этом.
Живет человек, живет — все вроде нормально, рутина, быт, дела… А про Бога думает так, между прочим: «Ну да, конечно, есть. Где‑то там. Когда‑нибудь разберемся». А Бог, между тем, не в телевизоре, его так просто не включишь. Чтобы Его увидеть, надо сначала в себе разобраться. А в себе — как в старом шкафу: все завалено,
Какая странная штука происходит с человеческой речью… Мы ведь можем говорить без остановки — часами, днями, годами… А толку‑то? Вот говорит человек. И вроде бы слова есть, и мысли, может, даже неплохие. А ты слушаешь — и через пять минут уже хочешь убежать. Почему? А потому что между каждыми двумя словами — «эээ», «ммм», «ну
А что у нас с покаянием? Мы ведь думаем: «Вот стану лучше — тогда и покаюсь. Вот совершу что‑то достойное — тогда и подойду к Богу». А святые‑то, оказывается, действовали ровно наоборот. Смотришь на них: Сергий Радонежский, Серафим Саровский… Люди чудеса творили, молитвой горы двигали, а сами — в слезах, в покаянии, в непрестанном самоиспытании.
Спросят: «Как жизнь?» — а ты вместо «нормально» вдруг: «За все — слава Богу!» И видишь, как у собеседника глаза округляются. А что? Правда ведь. Мы привыкли: чуть что не так — сразу «все пропало!». А жизнь идет — то вверх, то вниз, то зигзагом. А если остановиться и просто сказать «спасибо»? Не по привычке,
Забавно, как устроены наши реакции на обиды и ядовитые словечки… Мы ведь обычно реагируем стандартно: «Ах, он про меня так сказал?! Ну все, теперь я его…» — и дальше по списку: гнев, месть, бессонница, поиск остроумного ответа в три часа ночи. А между тем, если взглянуть чуть шире, эти самые злословящие — они как бесплатные